ФЭНДОМ


  • Обозначение: Демон, Маллеус Минорис
  • Описание: Крах Несовершенства (другое название - чувственная демоническая сущность мира Киног) - искуситель разнообразных интриганов, людей творческих профессий и ремесленников. Он создает клики из слабых людей, ищущих совершенства, портит их работы и тем самым усиливает себя за счет их душ.
  • Предостережение: Демон – шепот в воздухе, порок, оскверняющий лишь немногих из большинства. Заставь сущность обнаружить себя, сорвав его сборище, или дождавшись вызванного слабостью Краха финального акта. Тогда он может быть изгнан силой благословленного оружия и молитвами верующих.

Слаанеш испускает волны чувственного восприятия в эмпирей сектора Каликсида. Странные и навязчивые демонические сущности обретают форму там, где эти волны сталкиваются с психическим упадком и потоками изобилия испорченных, предназначенных лишь для удовольствия миров. Одной из подобных сущностей является Крах Несовершенства, названный учеными Школы Импермиссус перед их окончательным очищением в руках Ордосов сектора Каликсида.

Крах Несовершенства явился на райский мир Киног в начале 8-го столетия М41. Греховность Кинога выражалась в запретных удовольствиях, в создании нелепых произведений искусства и в изощренно планируемых заговорах. Всё это являлось тусклым и омерзительным отражением развращенного мира Мальфи, представленным в виде цветочного сада, раскинувшегося на поверхности планеты, внутри которого вполне могла бы расцвести утончённая любовь. Полный упадок и постоянный грех призвали Крах из варпа, чтобы тот завершил очернение благородных душ.

Настоящая внешность Краха представляет собой раздувшуюся, омерзительную смесь жабы, краба и толстой женщины, но он редко обнаруживает себя до тех пор, пока его планы не приходят к завершению. Но даже тогда он предпочитает скрываться за очаровательной, чувственной внешностью. Это могущественный демон пока, тем не менее, проявивший себя лишь созданием небольшой клики из шести декадентов: никчемных людей творческих профессий, любовников, или заговорщиков. Он нашептывает им в уши, направляя их мечты и надежды на создание совершенных работ: идеальных картин, идеальной любви, идеально спланированного убийства. Все члены группы и все их работы связаны друг с другом внутри клики, и каждое, почти совершенное произведение, портится одним серьёзным дефектом.

Крах наслаждается своими поступками и человеческими чувствами, которые они вызывают - разочарованием, гневом, наслаждением. Этот демон строгий надзиратель, навязчиво манипулирующий и управляющий людьми. Тем не менее, в конечном счете, когда очередная группа исчерпывает себя, Крах должен собрать клику и явить свою истинную сущность, чтобы затем уничтожить всех, и напитавших их душами усилить себя.

У Краха достаточно сил, чтобы сеять разрушения порочным именем Великого Врага, и ввергать людей в безумие одним лишь взглядом, но, вместо этого, демоническая натура вынуждает его являться в виде тихого шёпота, чтобы обманывать, запугивать, и договариваться с жертвами. Он достигает своих целей за счёт манипулирующих уловок и проникает заразой варпа в самую верхушку власти вряд ли случайно.

Если бы было возможно собрать все тома Школы Импермиссус, раскиданные в беспорядке среди сломленных разумов, то тогда они могли бы поведать разнообразные секреты этой демонической сущности. Например, Крах ненавидит некомпетентность при оценке служителя. Откровенно некачественные и неприглядные предметы или неумелые ремесленники могут послужить защитой, а убедительными обвинениями в несовершенстве можно добиться изгнания демона.

Из журнала Инквизитора Фелрота Гелта: 3.581.719.М41

Зловоние ладана и внутренностей доносилось из-за разрушенной двери. Я вошел в одиночестве, закованный в уродливую, плохо функционирующую силовую броню. Эти особенности моей брони являлись сами по себе защитой даже большей, чем керамитовые слои и тщательно нанесенные служителем Олбером охранные символы. За дверью валялось шесть разорванных тел еретиков знатного происхождения. Раскиданные по позолоченному мрамору кровавыми ошмётками, они напоминали обильно политое вином мясо. Их произведения искусства и тайных ремёсел, так же разрушенные, лежали под дымящимися кадильницами. Устроившее такую изощренную бойню чудовище варпа возлежало в центре, на сложенном в стопку шелке и редких, сломанных породах дерева. Его аура, скребущаяся в щит души, установленный моими, ждущими в резерве псайкерами, была действительно сильна. Боль и языки удовольствия скользили по мне, хотя я понимал, что тварь не прикладывает серьезных усилий. Ее внешность мерцала то расплывающимися грязными массами, то тонкими, благородными формами похотливой красоты. Демон менял внешность, наблюдая за реакцией, и ища щель вожделения в броне добродетельности.

"Слишком поздно, Праведный", - пробулькал он, а затем вздохнул: "Ах, какой блестящий банкет создали их старания. Я насытился, а ведь от этого мира можно получить ещё больше". Все это время он лежал на обрывках дорогого одеяния и обдумывал, как бы меня лучше всего выцарапать из неприглядной брони, и не будет ли данный поступок ниже его достоинства.

"Значит, в своей цели ты достиг совершенства, демон?" - спросил я.

"Да. И тебе не понять, какое это приносит удовольствие". Он ужасающе засмеялся, и волны отвратительных булавочных уколов пронзали меня с каждым новым звуком. Вокс принес мне тихие стоны боли псайкеров — все, что я чувствовал, они ощущали в десятикратном размере. Но я не мог спешить, даже ставя их жизни на кон.

Я шагнул прямиком в омерзительное переплетенье чувств и приготовился к возможной смерти. "Я опровергаю твоё совершенство, поскольку стою перед тобой, как воплощение воли Бога-Императора испортить заключительную расстановку. Сцена не завершена, а я размазал чернила. Не делает ли это тебя несовершенным, демон?"

Крик был ужасен, извергаясь прямиком из пульсации небытия, в котором не ощущалось ничего, даже демонического присутствия. Зверь напал на меня, насылая различные образы и чувства — радость от работы над совершенством, страдание из-за уничтожения прекрасного произведения, боль от обнаруженного недостатка, порочное удовольствие быть разрушителем шедевров – и все это повторенное тысячей голосов. Я не мог не узреть судьбу незащищенной души. "Сейчас!" закричал я сквозь демонический поток. "Вперёд, именем Императора!" и бойцы из моей свиты тут же оказались у подножья золотой лестницы, вооруженные трижды благословенным оружием. Я пал на колени, изо всех сил пытаясь хотя бы поднять свой хеллган. Мои псайкеры лепетали и кричали в вокс. Их души обжигало кислотой.

Трещащие дартганы Мамина и Балтаса прокалывали демона покрытыми надписями дротиками, пока бронированная туша Котхема нацеливала увешанную молитвенными письменами лазпушку. Демон бросился вперед в непередаваемой ярости, или возможно ужасающем удовольствии, и Котхем выстрелил, испаряя материю варпа. Дальняя стена раскололась от попадания переливающейся лаз-линии, внезапный поток ветра подхватил и поднял кирпичную кладку и мусор, оставшийся после бойни, в разреженный воздух шпиля. ”Инквизитор!” позвал Балтас, перекрикивая шум, но силы, чтобы ответить ему появились у меня уже значительно позже того, как он помог мне выбраться под порывами сильного ветра из этого проклятого места.

Существование Эмпирея, кристаллизация его потоков в злобные замыслы, извращенные и бесчеловечные в своих намерениях. Как еще мы можем объяснить Демона Кинога? Эта материализация силы Эмпирея, способная сеять разрушения нечестивым именем Великого Врага, пока обратила свое внимание лишь на шестерых никудышных отпрысков. Демон явился, чтобы сжечь их бессмертные души дотла и сделать марионеток из их плоти, льстя, запугивая, совращая и торгуясь с ними подобно шёпоту на ветру. Он ждет, просачивая свою заразу в верхушки изобилия едва ли случайно.

Мой лорд Гелт полагал, что нашел средство от названной в недавно очищенной Школе Импермиссус демонической сущности, которая плодится на порочных чувствах, стремящихся к недосягаемому совершенству в искусстве и тайных ремеслах. Он рисковал своей душой, уверенно выступая против таящегося во тьме чудовища, облачившись в никудышный хлам и вооружив нас благословенным оружием и свитками изгнания.

Я молился за него и бойцов из его свиты, чтобы Бог-император защитил убежденность верующего, и привел бы все к милосердному концу. В этот раз так всё и случилось, и я был благодарен, что мои личные сомнения не воплотились в действительность. В следующем году я передам все, что мы знаем об этой сущности в хранилища, чтобы, когда демон появится снова в местах порочного удовольствия сектора Каликсида, он был бы опознан и побежден.

Служитель – Ученый Олбер Байеретт