ФЭНДОМ


Очищение Авитохоля навсегда останется черным пятном в истории Каликсиды, а пока безмолвным напоминанием о нем служат языки пламени в милю высотой, ежедневно вырывающиеся из развалин заводов по обогащению прометиума, некогда бывших основным источником доходов этого пограничного мира. Частям 14-го Транчского было приказано выследить и уничтожить остаточное присутствие ксеносов (орков) в регионе.

История

Планета Авитохол лежит в пределах Пограничья и имела тесные связи со всем регионом с самого основания Каликсиды тысячи лет назад. Впервые высадившись на этот мир, крестоносцы под командованием герцога Севера I обнаружили плодородные, открытые всем ветрам земли, которыми владели воинственные кочевники-варвары. Жизнь и смерть в их обществе зависела от обладания большими стадами гигантских быкоподобных животных, генетических созданных на основе яков Старой Земли и завезенных на Авитохол в Темную эру технологий. Прожорливость этих зверей заставляла их постоянно мигрировать по бескрайным равнинам, а все, что могли сделать аборигены – идти за ними по следу или верхом на их спинах, настолько эти животные были крупны и упрямы.

Империум стал полагаться на стада Авитохола как на источник пищи, но также это значило, что племена планеты так навсегда и останутся кочевниками и никогда не вкусят плодов соединения их родины с величайшей империей человечества. Так что каликсидские капитаны-хартисты каждый сезон прибывают в этот мир, где покупают у сохраняющих свой проверенный эонами образ жизни племен часть их огромных стад, чтобы прокормить далекие миры-ульи. Такой уклад сохранялся безо всяких изменений до тех пор, пока однажды небеса Авитохола не почернели от тысяч спускающихся десантных судов, и вскоре просторы планеты, насколько хватало глаз, превратились в бушующий ад. Вааагх! Мракозуба пришел на Авитохол, и уже ничто не будет прежним.

Мракозуб Поработитель нашел мир, полный людей и готовый к порабощению. Какими бы страшными воинами не были авитохольцы, с орками тягаться они не могли, и впервые в истории собранный союз племен не смог одолеть превосходящую числом кровожадную и беснующуюся орду зеленокожих. За три месяца степи превратились в дымящиеся, заваленные трупами, пустоши. Кочевники, что не смогли бежать в самые далекие и дикие области планеты, были захвачены в рабство. Мракозуб объявил, что невольникам позволят жить до тех пор, пока те будут в состоянии работать, строя то, что орочий вождь считал делом своей жизни – целый мир цехов и заводов, управляемый из дворца, столь же великого, как ему мыслилось, как и все, что когда-либо воздвигали в Империуме.

Известие о вторжении вызвано смятение в верховном командовании Внешнего фронта. Никому не было известно, как орки попали туда, ибо устойчивого варп-маршрута между Авитохолом и ближайшей занятой орками систему попросту не существовало. Конечно, такой маршрут мог быть проложен, но путешествие по неизвестным течениям варпа было за гранью возможностей всех, кроме самых опытных и отчаянных навигаторов. Попросту, не ожидая нападения с этой стороны, Империум не укреплял Авитохол, потому вторжение орков и было столь успешным. Как будто все было недостаточно плохо, Авитохол стал острием нового клина, наконечником копья Вааагха!, вонзившегося в Пограничье. После падения этого мира в штабе полетело немало голов, а несколько старых командиров потеряли свои эполеты, если не жизни в наказание за непростительное пренебрежение долгом. Сверху командованию пришел приказ организовать спешное контрнаступление, чтобы не дать Поработителю воспользоваться плодами своей победы. Империум начал масштабную планетарную операцию – в три приема двадцать полных полков высадились на Авитохол и нанесли удар по недостроенной "столице" Мракозуба. Эта битва запомнилась членам генерального штаба Внешнего фронта – по крайней мере тем, кому после нее позволили жить – как крупнейшее на их памяти поражение. Гвардейцев, продвигавшихся вперед после первых успехов, с каждым шагом окружали орки, численность которых намного превосходила любые прогнозы. Через несколько дней, наземное наступление превратилось в кровавую борьбу за каждый метр, а потом и вовсе заглохло, перейдя в тяжелую войну на истощение. Лорд-маршал Ганзорик стал перед дилеммой – посылать ли новых солдат в битву, которую он, как было ясно всем, уже не надеялся выиграть. Поклявшись вернуться на Авитохол с армией вдесятеро больше, Ганзорик скомандовал отступление. Согласно подсчетам, меньше тридцати процентов изначальных сил смогли последовать этому приказу – остальные или пали со славой, но в безвестии, отказавшись сдаться врагу или стали рабами в литейных цехах Мракозуба.

После поражения при наступлении на Авитохол лорд-маршал Ганзорик начал ожесточенные чистки среди своей разведки, обвиняя ее в многочисленных провалах. Говорят, что ни один офицер разведки выше майора и ниже генерала не пережил репрессий Ганзорика, которыми тот лишний раз подтвердил свою репутацию и прозвище "Старая кровь и сталь". Благодаря этому, лорд-маршал стал чем-то вроде народного героя для рядовых, озлобившихся на разведку, а не на верховное командование.

Вместе с обезглавлением разведки Внешнего фронта шла и другая чистка, явно проведенная с оперативной помощью Каликсидских Ордосов. Авитохол был объявлен запретным миром, и все упоминания о его местоположении были вымараны изо всех записей. В когитационные сети по всему сектору были запущены безжалостные инфоубийцы, и, хотя многие "бумажные" или изолированные от внешнего мира записи об Авитохоле, без сомнения, сохранились, почти все упоминания о судьбе планеты и участи ее несостоявшихся освободителей были уничтожены. Слишком далекий для того, чтобы обеспокоить странствующих по Каликсиде путников, Авитохол был просто выведен из игры. Никто не знает ни о том, что он служит столицей зарождающейся империи ксеносов на самом краю имперского космоса, ни о том, что миллионы невольников из местных жителей и имперских гвардейцев стонут там под тяжким гнетом Чингиза Мракозуба Поработителя, производя оружие и боеприпасы для орков.

Война без конца

Хоть Империум и отступил с Авитохола, война на нее далека от завершения. Во-первых, множество гвардейцев, прорвавшихся из окружения, в котором погибло столь много их товарищей, даже годы спустя продолжают сражаться, с нуля восстанавливая свои подразделения и нанося удары оркам всюду, где могут. Они преследуют две цели – во-первых, если военной машине орков будет нанесен чувствительный урон, быть может, Империум сочтет возможным вернуться на Авитохол. Кроме того, солдаты надеются в каждой атаке освободить как можно больше из тех сотен тысяч своих товарищей, попавших в плен при отступлении. Орочьи команды по поиску, уничтожению и съедению прочесывают выжженные степи в поисках этих партизан, для которых война так и не закончилась. Некоторые из наиболее организованных подразделений наладили связи с выжившими кочевниками, что все еще существуют в самой дикой глуши, и провели несколько увенчавшихся крупными успехами совместных операций.

Логово Чингиза Мракозуба Поработителя

Несколько лет после вторжения на Авитохол и порабощения его жителей, Мракозуб Поработитель потратил на создание собственной грозной империи. Ее столица уже может потягаться размерами со средним городом-ульем, а ее шаткий и собранный из железного лома и мусора со всего субсектора шпиль столь высок, что пронзает облака. На самой вершине этого мрачного ржавого сооружения, которое орочий вождь нарек Железной горой, и расположено логово Поработителя – огромный, открытый с одной стороны тронный зал, стены которого увешаны трофеями, взятыми в сотнях битв. У дальней стены стоит массивный трон Мракозуба, собранный из оружия и доспехов его величайших врагов.

Сидя на троне и хмурым взглядом обводя выжженные степи Авитохола, Поработитель вынашивает планы будущих завоеваний. Рядом с ним – его самые доверенные нобы – то есть те, которым выгоднее защищать его жизнь, чем покушаться на нее. У возвышения, на котором стоит трон, в цепях томятся бесчисленные пленники – Мракозуб обожает так унижать побежденных им воинов. Говорят, что такая участь постигла маршалов Имперской Гвардии и немало чужих, в том числе, суккубу ведьминского культа темных эльдар – впрочем, последняя сбежала через пару дней после пленения, оставляя за собой след из убитых нобов. Днем весь остальной зал заполнен орками всех мастей – кто-то получает приказ завоевать отдаленный мир, другие ищут благосклонности своего вселяющего ужас владыки. Несколько сотен крох-гретчинов снуют туда-сюда, исполняя каждую прихоть своих хозяев. Иногда Мракозуб приказывает крупнейшим из своих верзил прибыть к тронному залу – тогда те пересекают степи и встают у подножия Железной горы. Со своего трона Поработитель взирает на величайшие творения своей расы и отдает приказы об уничтожении бесчисленного множества врагов.

Хотя его едва зародившаяся империя уже стала сильнейшей во всем регионе, если не в сегментуме, Мракозубу Поработителю все мало. Как все орочьи вожди он склонен ко вспышкам жестокого гнева, но в последнее время его стали все чаще одолевать приступы угрюмой задумчивости. Безо всякого предупреждения он прогоняет весь двор и остается в тронном зале один, нахмурив брови и вперившись взором красных глаз в выжженные пустоши Авитохола. Никто не скажет, какие мысли о смертях и кровопролитии крутятся в его грубом разуме. Быть может, имея под рукой столь сильный Вааагх! Мракозуб ожидает появления врага, более сильного, чем все, с кем он сталкивался доныне. Быть может, он обдумывает, что станет делать, когда его великий замысел исполниться и вся Каликсида будет дрожать перед ним и его армиями, питаемыми трудом множества покоренных миров. Орочий разум примитивен и едва способен на мысли о чем-либо, кроме насилия, но масштабы насилия в мыслях такого как Чингиз Мракозуб Поработитель должны быть безграничны.

Источник